Быстровозводимая крепость

– Вы дом Харькова ищите? Да вон он, двухэтажный коттеджик с распахнутой калиткой. Уханькают его скоро до конца.
"Пророчица" отправилась дальше по своим делам, обходя лужи на асфальтированной центральной улице села Ивановки, а я направляюсь к указанной двухэтажной новостройке. О том, что отстроенный для подтопленцев дом сейчас приходит в упадок, слышал ещё осенью. Рассказывали, что жильцы – затворники и посторонним двери не открывают. Собирался приехать ещё зимой, но выбраться удалось только к весне.
Двор, занесённый сугробами
Во дворе, засыпанном по колено снегом, притулилась инвалидная коляска, у самого крыльца обнаружились останки какой-то мебели и... ни полена дров. Раз живут – значит, отапливаются, а если не дровами, то электроэнергией. Помнится, ещё в начале зимы глава сельсовета Елена Носенко рассказывала, что задолженность жильцов этого дома за электроэнергию составляла восемь тысяч рублей. Интересно, сколько же они "нажгли" за зиму?
Пока, увязая в сугробе, пытаюсь сделать фотографию строения, в окне первого этажа появляется лицо, но наружу никто не выходит. Вопреки предположениям, входная дверь легко открывается, и появляется возможность встретиться с обитателями "моего дома – моей крепости".
Так уж получилось, что мне довольно часто доводилось быть в жилище, которое (мягко говоря) содержится в антисанитарных условиях. Непременный признак – грязь и специфический запах. Его ни с чем не спутаешь и, удивительное дело, независимо от месторасположения запущенного жилья и его обитателей, запах везде одинаков. Здесь он уже прочно занял всё жилое пространство и, судя по замызганным стенам, грязной посуде, разбитому окну у входной двери, процесс превращения комфортного жилья в "бичёвню" идёт успешно и поступательно. Пока его сдерживает лишь то, что начался он в совершенно новом доме. И до начала разрухи нужно определённое время. Но остаётся его совсем немного, и тогда этот процесс станет необратимым.
Дома два брата: Дмитрий и Александр. Трубы системы отопления холодные. Переморозили?
– Мы сейчас отопление включаем только вечером. С часик протопил и хватит. Сейчас-то морозы не такие, как зимой. Солнышко через окна нагревает, и дома тепло.
– А за электроэнергию какая задолженность?
– Кто её знает. Может, тысяч десять или больше...
Оказывается, что старшему из братьев давно уже нужно съездить в город на медицинское обследование для подтверждения инвалидности, чтобы оформить пенсию, но денег на поездку нет.
– Вот приедет из леса товарищ, – мечтают они, – свозит в больницу на своей машине...
Младший уверяет, что поехал бы работать, хоть в артель, хоть на вахту, но боится оставить дома брата, который еле передвигается после инсульта.
Задолженность пока не установлена
В целом зима для обитателей быстровозводимых домов прошла без серьёзных эксцессов. Елена Носенко рассказывает, что только в нескольких домах (которые в спешке сдавались последними) обнаружено промерзание наружных стен в районе плинтуса. Да ещё с наступлением тепла в некоторых домах стал досаждать конденсат. Образуется он в чердачном пространстве из-за того, что так устроены утеплители. Чтобы избавиться от него, достаточно уложить влагопоглощающее утепление.
Понемногу урегулировался вопрос водоснабжения. Новосёлы используют воду из колонок в качестве технической: постирать, помыть пол... А за питьевой водой ходят к колодцам.
Головная боль для Елены Витальевны – семья Харьковых.
– Коттедж выделен на пять человек, – рассказывает она, – но основной квартиросъёмщик живёт в другом месте. В доме же осталось двое братьев. Отапливают дом электроэнергией, за которую не платят. Несколько раз пыталась попасть в дом, но всегда неудачно. О моём визите заблаговременно предупреждают, и дверь хозяева не открывают. Я же тревожусь за состояние системы отопления, которую жильцы могут разморозить.
Кроме того, мы вместе с депутатами сельского Совета должны составить официальный документ состояния муниципального жилья на данный момент. Нужно это для того, чтобы аргументировать решение о дальнейшей судьбе дома.
Когда началась приватизация быстровозводимых домов, квартиросъёмщик тоже пришёл в сельсовет с просьбой оформить документы на приватизацию. Ему в этом было отказано. Объяснили, что речь об этом можно вести только после того, как будет погашена задолженность за электроэнергию.
Понимая положение этой семьи, собственник жилья (муниципалитет) не выставляет им плату за наём жилого помещения. Если начислять ещё и её, то сумма задолженности оказалась бы и вовсе запредельной.
За последние 20 лет, после распада отделения совхоза, контингент села ощутимо изменился. Значительное число самых активных и деятельных сельчан понемногу перебрались в другие сёла или города, нашли себя на новом месте. Очень серьёзные социальные изменения произошли после пережитого в 2013 году потопа, породившего вторую волну оттока жителей. Безусловно, и сейчас в Ивановке живёт много замечательных людей, которые любят село, но суровое время делает своё дело, и всё больше здесь тех, кто живёт по принципу: "День прошёл, и слава Богу". При этом село нуждается в новом жилье. Как рассказала Елена Витальевна, есть желающие переехать в Ивановку и обосноваться здесь. Привлекает удобное географическое положение: до города можно доехать за 40 минут, трасса Зея–Тыгда – под боком. Возможностью переехать сюда живо интересуются жители северных посёлков. К тому же необходимо жильё специалистам, нужен подменный жилой фонд.
Как решится судьба семьи Харьковых, покажет время, ну а мы об этом расскажем на страницах "ЗВ".
Григорий Филатов.
Фото автора.
"Зейские Вести Сегодня" © Использование материалов сайта допустимо с указанием ссылки на источник


Подробнее...